Ковчег Полдня

Глава 10. Ожидание

Катя села в кресло и, на всякий случай, пристегнулась ремнем. Аня показала ей, как открыть подлокотник кресла, и из него выдвинулся джойстик с кнопкой на конце.

Через несколько десятков секунд хаотических движений Кате показалось, что она что-то чувствует. Уменьшив размах движений, она действительно ощутила, что в каких-то положе­ниях джойстик словно цепляется за что-то, как карандаш за неровность на бумаге.

Катя стала двигать джойстик более мелкими штрихами и обнаружила, что пред­мет под «остриём карандаша» имеет отчётливую сферическую форму. Она сказала об этом Ане, отпустив джойстик, чтобы показать размеры.

Катя послушалась. Звезду она дей­ствительно потеряла, но найти её второй раз было легче. Нащупав её контуры, Катя повела джойстиком назад, вниз и чуть влево, туда, где на экране были изображены Мардж и Мэгги. Там ничего не было. Катя увеличила амплитуду движе­ний и вскоре ощутила что-то, дей­ствительно похожее на бусинку, только не сферическую, а скорее эллипсоидную или яйце­видную. Но это что-то было выше и существенно левее, чем Мардж на экране и, самое глав­ное, одиночным. Когда она рассказала о своих ощущени­ях Ане, та вздохнула:

Катя ещё некоторое время пошарила джойстиком и нашла ещё одну планету, но она, как ей показалось, была почти на том же расстоянии от звезды, что и первая, и в положении, кото­рое никак не ложилось на изображённую на экране схему. Услышав об этом, Аня сказа­ла:

Именно этого Катя и опасалась.



Утренний туман медленно рассеивался. День обещал быть ясным и тёплым. Олег с Сашкой поднимались вверх по склону холма от реки к лагерю, вместе с борькой, который тащил пя­тидесятилитровую канистру с водой. Землянам на ближайшие несколько дней было нечем заняться. Переговоры кончились тем, что нужно собрать старост или, хотя бы, представи­телей от всех деревень, и провести ещё один раунд переговоров с ними. Из ближних дере­вень они могли бы дойти за пару дней, и уже шли, но с приморскими деревнями все было хуже. В корабле, который должен был привести Пашка, был лёгкий автожир, который мог бы значительно ускорить дело, но корабль ожидался только через три дня.

Земляне несколько раз пы­тались искать Рудольфа с лёликов или со спутника, но безре­зультатно. Все-таки поиск в лесу с воздуха — занятие неблагодарное. Вся надежда остава­лась поймать его на перепра­ве через какую-нибудь из речек или больших болот, когда он вы­нужден будет выйти на открытое ме­сто. Рудольф, по всем расчетам, уже должен был выйти к вертолёту, но этого до сих пор не произошло. После об­суждения с сектантами воз­никла идея, что он мог пойти другим путём.

Противовоздушные установки (как ракетные, так и зенитные) питались от дизель-генерато­ров. В режиме ожидания радар работал короткими маломощными импульсами и питался от «даровых двигателей» на термоэлементах, использующих разность дневной и ночной темпе­ратур. При обнаружении цели установка заводила дизель-генератор и включала радар и си­стемы управления на полную мощность. На одиночные цели станции реагировали с вероят­ностью от двух до пяти процентов (узнав об этом, Пашка заорал - «так это что, получается, они почти все до сих пор живы??? Я-то слышал сигналы режима ожидания, но думал, что они просто проснуться не могут!»). По дороге Олег с Катей и Рудольфом проходили вблизи двух таких установок, и Рудольф вполне мог слить горючее там.

Девушка сидела у кострища; при приближении землян она встала и отряхнула одежду. На вид ей было не больше семнадцати земных лет. Лицо у неё было с правильными и, даже, по­жалуй, красивыми чертами, но выражение лица Олегу показалось слишком детским и при том же слишком мрачным, как у разочарованного подростка. Она была невысокого роста, ширококостная и заметно склонная к полноте. У неё были густые темно-русые волосы, на лбу подрезанные чёлкой, а сзади заплетённые в две длинные, доходившие до талии, но не очень толстые косы.

Когда земляне подошли ближе, она поклонилась и поздоровалась на старорусском. Олег с Сашкой церемонно поклонились в ответ

Олег краем уха услышал, как Сашка бормочет: «самка, где виноград брали».

Паша хихикнула:

Паша хихикнула ещё раз:

Приглядевшись к девушке, Олег понял, что проблемы с талией у неё вовсе не из-за общей склонности к полноте, животик выступал вполне характерно.

За время разговора Сашка разжёг костёр, в котором со вчерашнего вечера осталось немало затушенных углей. Олег распотрошил трёх саламандр и насадил их на шомполы от «калаш­никовых». По длине, после обрезания головы и хвостового плавника, они как раз подходи­ли. Один автомат он забрал ещё в Средиземье у ча­сового, когда угонял БМП, второй отнял у охранника, сторожившего Сашку, а последний сам Сашка отобрал у кого-то из сектантов в неразберихе, образовавшейся после появления Кати с роботом и гатлингом. На переговорах вопрос о возврате этих автоматов или, хотя бы, магазинов несколько раз поднимался, но Олег каждый раз говорил, что это трофей, добытый в честном бою, и нефиг.

Пока саламандры жарились, Олег вызвал Альфу (девушки в корабле ещё спали) и предста­вил Пашу, как жену Фани — она запротестовала было, но Олег объяснил, что по законам Си­бирско-Уральской Конфедерации, если у вас есть общий ребёнок и вы намерены о нем сов­местно заботиться, это считается фактическим браком. Однако, поскольку фактический брак нигде не фиксируется, в случае чего существование брака может понадобиться доказывать в суде. Поэтому более распро­странены браки нотариальные или церковные.

По поводу спросить у Максима день рождения Паши, Поль сказал, что это не очень хорошая идея. То есть, конечно, если он выдаст правильную дату, то это будет довольно надёжным доказательством, что Фаня жив. Проблема в том, что тут слишком много промежуточных звеньев со слишком низким уровнем взаимного доверия. Максим, разумеется, не пустит Фаню прямо к передатчику, а Фаня может заподозрить, что этот день рождения им нужен в каких-то неблаговидных целях. Так что нельзя исключить сценария, что из Фани эту инфор­мацию будут добывать пытками. Подумав, девушка согласилась с этой аргументацией, но явно расстроилась.

Вскоре подоспели саламандры. По совету Паши, они их слегка недожарили. Твари оказа­лись жирными, сочными и удивительно нежными на вкус. Полденская хрящевая рыба по вкусу и структуре мяса походила на земного кальмара. Саламандры же имели волокнистое мясо, показавшееся Олегу похожим на куриное, а структура скелета показалась ему похожей на земных кистепёрых рыб, только с позвоночником вместо хрящевой трубки.

За едой Паша поинтересовалась, верно ли, что Поль, с его шотландской, вроде бы, фамилией, живёт в Сибири? Олег объяснил, что Поль, как бы это сказать, австралиец из Коченево. Это такой райцентр в 60 километрах от Новосибирска. После восстания четыреста девяносто третьего года папуасы расселили... ну, не то, что прямо все белое население Австралии, но тех, кто так или иначе был связан с восставшими, и таких получилось довольно много. Кого в Аргентину, кого в Сахель, а значительную часть — в Сибирь, северный Казахстан и Уйгу­рию, то, что теперь называется Синцзян.

Паша сказала, что из саламандр также получается неплохая уха, но в неё нужны лук и картошка, а лучше лапша. Олег стал было обсуждать идею использовать растворимую лап­шу, но Сашка сказал, что от бомжпакетов у него изжога, и предложил бартер — саламандры на лук и картошку. Паша сказала, что обсудит это с родителями, и, если все нормально, то обернётся до обеда. Олег все равно всучил ей половину оставшихся саламандр, сказав, что если не получится бартера, пусть будет подарок, они же все равно пропадут.

Когда девушка ушла, Поль рассказал о результатах своих исследований. Он просмотрел ло­цию Зиппанга и обнаружил странную закономерность в размещении станций на высоких орбитах. Около половины перечисленных в лоции объектов имели «холодные» реакторы, и, прокрутив орбиты этих платформ назад во времени, он обнаружил, что около двухсот два­дцати-двухсот тридцати лет назад все эти объекты должны были находиться в определённой области. Во всяком случае, нынешние орбиты платформ могли быть получены из орбит этой самой гипотетической области приданием дополнительной скорости в пределах от тридцати до сорока метров в секунду. В орбитах объектов с «горячими» реакторами такой ясной зако­номерности не выявлялось. Из бесед с летавшими на Зиппанг пилотами, Поль знал, что на орбитах есть немало объектов меньшего размера, не учтённых в лоции — по объяснениям диспетчерской, это отвалившиеся от станций радиаторы, а порой и более крупные модули, чаще всего орудийные башни. Поль собирался слетать и посмотреть на неучтённые крупные объекты, попадающие в гипотетическую область.

Сашка возразил, что это все ерунда. Он тут, пока Олег ловил лягушек (это не лягушки, у них же хвосты есть — ну хорошо, пока Олег ловил головастиков) провел некоторые расчеты. От Зиппанга до Полдня 8 световых лет, так? Время полёта не более восьмидесяти лет, так? Меньше — сказал Пашка — если мои расчеты верны, то получается ближе к пятидесяти го­дам — Тогда тем более, но я брал восемьдесят. Релятивистские эффекты меньше ошибок в наших расчётах, поэто­му ими пренебрегаем. Обитаемая капсула, рассчитанная на прожива­ние людей — даже с применением анабиоза — в течении восьмидесяти лет... Лежать в ана­биозе больше десяти месяцев в году невозможно, взять припасы на такое время тоже невоз­можно, поэтому нужна какая-то система регенерации воды, кислорода и органики. Поэтому обитаемая кап­сула не может быть сильно легче нашей альфийской станции. Я брал сто тонн, оценка зани­женная, но даже с ней очень плохо получается. Ограничение на стартовую массу — если она больше 10 тысяч тонн, выгоднее построить баззард. Отношение стартовой массы к конечной — 100. Умножаем скорость на два, чтобы учесть необходимость торможения. Подставляем все это в формулу Циолковского и получаем удель­ный импульс тринадцать мегаметров в секунду. Или, если поделить на g, один и три с копейками мегасекунды. Для сравнения, баззард даёт пятьдесят ки­лосекунд.

К этому времени девчонки уже проснулись и успели умыться и позавтракать. Олег стеснял­ся говорить с Катей — ведь разговор шёл не только при всей группе, но ещё и под запись. Поэтому он спросил её про самочувствие и они обменялись ещё несколькими ничего не зна­чащими фразами. Катя пыталась говорить на современном земном, но ей постоянно не хва­тало слов и она часто ошибалась в построении предложений. Катя пожаловалась, что ей там скучно. В зону прыжка они выходили только ночью. Они с Аней смотрели кино (Ане часто приходилось останавливать проигрыватель и объяснять непонятные фразы), потом пытались просматривать записи с лёликов и фотографии со спутника в поисках Рудольфа. Олег похва­стался уловом саламандр. Катя сказала, что в Средиземье саламандр в промышленных масштабах не ловят, но во время интернатских экскурсий в лес мальчишки её несколько раз угощали, причём били их тоже острогой, сделанной из вилки. На рассказ, зачем сектанты ходят сдаваться в цивилизацию, Катя сказала «какой ужас», Аня же глубокомысленно заме­тила, что здесь, на Полдне, единственный на весь Известный Космос случай, когда техноло­гию утратила только часть населения колонии. Поэтому исследование этих субкультур и их взаимодействия должно быть интересной и глубокой темой.

Hosted by uCoz